«За учителей не считают»: педагогам пообещали надбавки, но получат их не все

Учителей-дефектологов в который раз минует повышение зарплат. Это настолько задело специалистов, что некоторые всерьез задумались об увольнении.

Накануне первого сентября появилась новость: многим педагогическим работникам повысят зарплату за счет введения надбавок. Выплаты будут от 6% до 21%. Максимальную прибавку анонсировали для учителей (кроме школ искусств). Однако в списке тех, кому полагаются выплаты, себя не нашли учителя-дефектологи, пишет Tochka.by.

Так, в редакцию Tochka.by обратилось около двух десятков этих специалистов. У большинства два превалирующих вопроса: почему дефектологов не относят к учителям и когда же повышение дойдет и до них. Обо всем этом они хотят спросить у Минобразования. Соответствующее письмо уже подготовили.

В нашу редакцию его тоже прислали, а еще с десяток расчетных листов.

Детей с ОПФР все больше, а зарплата – меньше

Алеся (здесь и в последующем имена изменены по просьбам героев) работает учителем-дефектологом в пункте коррекционно-педагогической помощи. У нее высшая квалификационная категория и 30 лет стажа.

За ставку после удержания всех налогов Алеся получает около 800 рублей, рассказывает сама педагог. При этом молодые специалисты, которые только окончили университет, зарабатывают около 600 рублей, отмечает учитель.

Алеся занимается детьми с особенностями психофизического развития (ОПФР). При этом дефектолог с сожалением отмечает: в последние годы таких ребят становится все больше.

«Когда после окончания вуза я работала логопедом в детском саду, в старшей группе было два-три ребенка с речевыми нарушениями. Сейчас ситуация обратная: хорошо, если три – это норма. К тому же увеличилось не только количество детей с ОПФР, но и нарушения стали более сложными. Как правило, у детей нарушено несколько групп звуков. Много малышей с задержкой речевого развития», – делится опытом из практики Алеся.

Чтобы не дать ребенку с ОПФР потерять связь с социумом, вернуть его в активную жизнь, дефектологи работают совместно с педагогами-психологами, воспитателями, музыкальными руководителями, руководителями по физическому воспитанию.

При этом, по словам Алеси, дефектологов в целом не считают за учителей и относят к категории «иные специалисты». Так, учитель приводит в пример тексты постановлений Минобразования по увеличению надбавок педработникам от 23 августа 2022 года, от 2 декабря 2022-го и от 15 августа 2023-го.

Во всех них не упоминаются специалисты узкой направленности, например, дефектологи, подчеркивает учитель.

«Почему-то в министерстве образования знают и видят только три категории работников, которые этого достойны: учителя, воспитатели и помощники воспитателей. «За бортом» остаются учителя-дефектологи, педагоги-психологи и другие. Все они получают зарплату на уровне помощников воспитателей», – уточняет дефектолог.

Она подчеркивает: ни в коем случае не нужно умалять достоинства получивших надбавку специалистов, но стоит помнить и о том, что есть другие категории педработников. Тем более, что по каким-то причинам оплата за квалификационную категорию, стаж и так далее у дефектологов и так ниже, чем у воспитателей и учителей, подчеркивает героиня.

«Повышения не планируется, средств нет»

В январе 2023-го, когда учителям первый раз за год поднимали зарплаты, дефектологи прочитали в «Настаўніцкай газеце», что зарплаты бюджетникам будут поднимать поэтапно, рассказывает Алеся, и следующим шагом станут выплаты учителям-дефектологам.

газета, где педагогам пообещали
«Настаўніцкая газета» ад 17 лютага 2023 года. Фото: Tochka.by

В августе же 2023-го учитель сама позвонила в Минобразования с вопросом об увеличении зарплат. Дефектологу специалисты ведомства ответили, что этого в ближайшее время не планируется, так как средств нет.

«Получается, что нам просто пообещали в газете. Очень обидно. Мы ведь такие же учителя. Ведем те же занятия, заполняем те же журналы, сами составляем планирование. Причем у других учителей есть методички. У нас их нет, как нет и пособий. Даже в ведении документов куча нестыковок. Министерство в инструктивно-методическом письме предлагает одно, но по факту на местах его часто изменяют и дополняют», – отмечает Алеся.

Дошло то того, что многие ее коллеги хотят уволиться, некоторые даже не выставляли пособия в шкаф перед началом учебного года: решали, стоит ли продолжать работать за такие деньги. При этом дефектологов в ее регионе не хватает, рассказывает учитель.

Всю жизнь Алеся работала на полторы ставки, но в этом году решила, что возьмет максимум одну. Расстроили повышения, которые опять прошли мимо дефектологов.

«Последние два года зарплата стоит на месте»

У Натальи общий стаж работы с детьми – 17 лет. Долгое время она занималась ребятами с тяжелыми множественными нарушениями, брала и так называемые коррекционные часы.

Рабочий день Натальи проходил примерно так: шесть часов занятий с группой из семи-десяти детей с тяжелыми психофизическими нарушениями, затем еще шесть часов уходило на подготовку к урокам, методическую работу, написание планов. Если же у педагога индивидуальные занятия, то под каждого ребенка она писала отдельный план.

За эту работу на полторы ставки Наталья получала меньше Br1000.

Занятия с особенными детьми требуют постоянного повышения квалификации, подчеркивает дефектолог. Правда, учебные курсы и литературу Наталья покупала за свой счет, как и бумагу, принтер.

Тем не менее последние два года зарплата Натальи стоит на месте.

«Вроде говорят, что повышают, но ты получаешь расчетный лист и понимаешь, что ничего не увеличивается. То есть, какие-то выплаты растут, но при этом премии урезают, и «итого» не изменяется», – подчеркивает дефектолог.

Она отмечает: текучка среди ее коллег высокая. Необходимость заполнять большое количество документов, отчетов на фоне маленькой зарплаты бьет как по престижу профессии, так и по желанию оставаться в ней в принципе.

Так, некоторые дефектологи уходят в частный наем или же открывают собственные коррекционные кабинеты.

«Вы мне нужны, только чтобы закрыть дырку»

Так вышло и с Юлией, она не работает в госструктуре уже несколько лет. Ушла на «собственные хлеба», хотя с удовольствием бы занималась с детьми в школе или подобном учреждении, отмечает героиня.

«Я ушла по причине отсутствия границ неприкасаемости. В кабинете у меня был бетонный пол, как в старых поликлиниках, а зимой столбик термометра поднимался максимум до +12°. Я болела гайморитом до четырех раз в год, иммунитет сильно упал, и на коже появились воспаления. Дефекты видны до сих пор. И знаете, что мне отвечал [на просьбу улучшить условия – Tochka.by] директор? Вы мне нужны только, чтобы закрыть [в штате – Tochka.by] дырку», – рассказывает Юлия.

Она уверена: имидж ее профессии растоптан, и никто не считает дефектолога за квалифицированного сотрудника. Так, не у всех есть кабинеты для занятий, компьютеры, подчеркивает специалист.

«Или же дают такое помещение, как когда-то было у меня. Я в нем сама сделала ремонт потолка, просто чтобы было комфортно сидеть. Конечно, мне никто не заплатил за работу. А когда был смотр кабинетов, мне откуда-то принесли ковер. Само же помещение было очень страшным», – заверяет дефектолог.

При этом она считает отсутствие четких рабочих планов от Минобразования скорее плюсом. Это дает пространство для воображения и построения работы в самых разных и интересных форматах, подходящих именно этому ребенку.

А сейчас дети в школу идут очень слабенькие, считает Юлия.

«Их психике не дают времени настроиться, созреть. Меня всегда шокировало, как некоторые учителя, чтобы доказать, что у них дети к концу первого класса читают определенное количество слов в минуту, начинают подгонять учеников. Учитель кричит: «быстрее, быстрее». А у ребенка скорость переключаемости с одного символа на другой еще невелика, и он начинает пропускать звуки, захлебываться», – описывает ситуацию дефектолог.

У нее были случаи, когда за период первого класса у детей формировалась достаточно стойкая дисграфия и дислексия, потому что учителя применяли не всегда допустимые методы в работе, подчеркивает дефектолог.

«Нам всегда говорили, что мы дармоеды и деньги получаем ни за что. Но ведь это не так!» – восклицает Юлия.

К тому же, стать дефектологом совсем не просто: так, в 2023-м проходной балл в БГПУ был 335 баллов на «специальное и инклюзивное образование» на бюджет, а учиться нужно пять лет.

педагогам
Скриншот: bspu.by

За комментарием по сложившейся ситуации редакция обратилась в Минобразования, но ответа пока не получила. Tochka.by опубликует его, как только поступит информация.

Смотрите также: Учителей по каким предметам не хватает в Беларуси, рассказал министр образования

Белоруска продала машину и влезла в долги, чтобы работать в детском саду в Китае

Как собаки искали «потерявшихся» людей в Барановичском районе. Фоторепортаж

Если вы стали свидетелем необычного явления или происшествия, вас волнует какая-то проблема, пишите и присылайте фото в наш телеграм-бот @bar24_bot

  • Мы в соцсетях